Пресса о «Деле» Сутягина

Двоечники ловят шпионов

Дело Игоря Сутягина передано суду присяжных. К этому моменту судебный процесс, мягко говоря, зашел в тупик: с одной стороны, ФСБ и прокуратура подготовили обвинительное заключение, которое ни в какие ворота не лезет; с другой стороны, раз уж государство наклеило на Сутягина ярлык «шпион», совершенно очевидно, что просто так выпускать его из зала суда оно не намерено.

Дело Сутягина является еще одним подтверждением того, что в прокуратуре работают профнепригодные люди. Например, по одному из эпизодов обвинения следствие ФСБ признало, что в действиях Сутягина отсутствует состав преступления, и постановлением следователя уголовное дело по этому эпизоду было прекращено. Однако прокуратура умудрилась-таки предъявить по нему обвинение. На просьбу судьи объяснить, каким образом эпизод оказался в деле, сотрудник прокуратуры, присутствовавший на суде, не дал никаких разъяснений и повторно поддержал обвинение в государственной измене по тем действиям, в которых нет состава преступления.

Далее, Сутягин обвиняется в том, что он стремился причинить ущерб внешней безопасности России, знакомя иностранцев с публикациями российских газет. При подготовке обвинения следствие все же направило соответствующие выдержки из публикаций, переданных Сутягиным иностранцам, на исследование экспертам, поставив перед ними вопрос: можно ли использовать эти сведения в ущерб безопасности России? Эксперты ответили: «Ущерба безопасности России ознакомление иностранцев с данными сведениями не причинило». Тем не менее, Игорю Сутягину предъявили обвинение в том, что своими действиям он причинил ущерб России, – и в подтверждение сослались на то самое заключение экспертов.

Порой обвинение просто выходит за границы здравого смысла: например, Сутягин обвиняется в том, что поставил под угрозу безопасность России, ознакомив сотрудников английской фирмы «Шоном» Кидда и Локк со статьей из американской газеты Washington Post от 15 марта 1998 года и выдержками из британского справочника «Военный баланс» за декабрь 1996 года. В этих изданиях было названо количество спутников, которые входят в одну из российских космических систем.

Государственное обвинение всерьез считает, что Сутягин раскрыл государственную тайну, а именно секреты российских подлодок «последнего поколения», ознакомив Кидда и Локк с двумя статьями, опубликованными в «Красной звезде» в мае 1999 года, в которых капитан I ранга В. Гундаров и академик Шахиджанян рассказывали о новой подлодке – «Гепарде». Видимо, какие-то суперсекреты содержались и в статье из апрельского выпуска журнала «Морской сборник» за 1997 год, в которой речь шла об истории создания в конце 70-х годов подводной лодки на Дальнем Востоке. Статью написали два заместителя генерального конструктора этой лодки, журнал «Морской сборник» можно найти в свободной продаже или библиотеке, равно как и журнал «Вестник воздушного флота». В марте 1998 года Генеральный конструктор конструкторского бюро «МиГ» Михаил Корнуков дал этому журналу интервью, в котором подробно рассказал о новой разработке своего КБ – истребителе МиГ-29СМТ. Спустя два месяца новый МиГ был показан на авиационной выставке в Берлине. Еще через год Игорь Сутягин показал эту статью Наде Локк и в частности и за это был обвинен в государственной измене.

Отдельного слова заслуживают эксперты, привлеченные к делу Сутягина. Вот, например цитата из экспертного заключения Якутова, оценивавшего степень секретности сведений о российских подводных лодках, переданных Сутягиным англичанам: «Если западные специалисты узнают об этом методе, безопасности России будет причинен значительный ущерб. Содержание сведений по этой теме мне неизвестно, но, по моему убеждению, оно составляет гостайну».

Так профессионалы не работают, так работают двоечники и разгильдяи, причем без юридического образования. И что примечательно, большая часть «шпионских» дел в России сшита вот такими же белыми и гнилыми нитками. И здесь дело даже не в том, что паранойя у нас стала государственным заболеванием, – в каждой стране идет своя охота на ведьм. Дело в отсутствии системы профессионального, юридически грамотного института прокуратуры.

Очевидно, что передача дела суду присяжных – довольно элегантный способ суда избавиться от него. Ведь дело чревато наездами силовиков на судей, которым пришлось бы, краснея от стыда, подшивать к делу тексты обвинительных заключений, написанных в жанре абсурда, и позволять обвинению не отвечать на вопросы адвокатов. С судом присяжных проще – здесь ответственность за принятие решения делится на весь состав присяжных, да и процессуальные нормы суду придется соблюдать более жестко. А поскольку суд присяжных более гуманен, то глядишь, и выпустят Сутягина… Таким образом у Мосгорсуда есть реальный шанс спустить дело Сутягина на тормозах, не поссорившись при этом с прокуратурой и ФСБ. А если прецедент будет создан, то и все остальные «шпионские» дела будут рассматриваться точно так же.

Женя СНЕЖКИНА